Халиф ал-Хаким
Снаряжено первое посольство было с большой пышностью, и отправка сопровождалась рядом церемоний. Послами султан назначил эмира Сайф ад-дина Кушар-бека и законоведа Маджд ад-дина Рудзравери. Письмо султана зачитывалось два раза: в первый день для этой церемонии были созваны все эмиры и придворные, а затем прибыл халиф ал-Хаким би-амри-л-лахи Абу-л-Аббас Ахмад, назначенный самим султаном после уничтожения халифата в Багдаде. На торжественном собрании была зачитана и родословная халифа, якобы восходящая к пророку, что было подтверждено главою казиев Тадж-ад-дином. Эта родословная была составлена специально для отправки Берке, и внешний вид ее был чрезвычайно импозантный: Ибн Абд аз-Захир сообщает, что «она (родословная) была написана и раззолочена». Все собравшиеся присягнули халифу на верность. После вторичного чтения письма султан дал послам инструкции, как должны они вести себя в беседе с ханом. Им следовало обещать Берке всяческую помощь в борьбе с «врагами-многобожниками» и подчеркнуть готовность султана действовать с ним заодно во всем, что служит ко благу мира. И в этом письме султан снова призывал Берке к «священной войне», описывал состояние своих войск, перечислял, «какие владыки мусульманские и франкские повинуются им, кто противодействует им и кто с ними в ладу, кто посылает им дары и кто с ними в перемирии», указывая, что они в повиновении у него и послушны его указаниям. Подчеркивая легкость победы над Хулагу, султан явно хотел побудить Берке к немедленным решительным действиям.
Здесь следует кратко остановиться на личности послов, которым поручалась столь ответственная миссия. Это были уже не купцы, попутно с торговыми делами выполнявшие и дипломатические поручения. Эмир Ку-шар-бек как бывший джамдар (перс, «джамедар») 71 Хорезмшаха должен был хорошо знать быт, нравы и законы тех мест, куда его посылали. Хотя Ибн Абд аз-Захир очень скупо сообщает о нем, говоря лишь, что был он «знаком со странами и языками», можно все же заключить, что он много путешествовал, был человеком образованным и, следовательно, вполне подходил для дипломатической миссии. Второй человек, на которого пал выбор султана, был законовед Мадж ад-дии. Рудзравери. Выбор этот, конечно, не случаен, так как в ходе переговоров могло понадобиться лицо, знающее юриспруденцию, знакомое с процедурами заключения договоров, которые особенно на первых порах надо было обставлять официально и торжественно.
Египетские послы отправились в мухарраме 661 г. х. (15.XI.—14.XII.1262 г.) через Византию, где были с почетом приняты императором Михаилом VIII Палеологом. Приезд их совпал с пребыванием у Михаила Палеолога золотоордынских послов, и послы султана отправились в Золотую Орду вместе с ними. Кроме того, в Константинополе как раз находились направлявшиеся в Египет золотоордынские послы Джалал ад-дин ибн ал-Кади и шейх Hyp ад-дин Али со свитой. Заболевший в пути Мадж ад-дин Рудзравери вернулся в Египет с золото-ордынскими послами. Из этого стечения обстоятельств, можно заключить, что и золотоордынский хан Берке в то же самое время отправил официальное посольство к египетскому султану, видимо, в ответ на первое письмо султана, посланное в свое время с аланскими купцами.