Султан Аль-малик и его роль в Золотой Орде
В своем письме к египетскому султану Калауну хула-гуидский хан Ахмад, принявший ислам, упрекал султана в том, что в его владения со стороны Египта постоянно засылаются шпионы, переодетые факирами или отшельниками. Со своей стороны и султан в ответном письме утверждал, что Ахмад первый засылал в Египет своих шпионов, переодетых факирами.
В трактате «Сиасет-намэ» Низам ал-Мульк посвя-щает службе тайной разведки специальную главу. Характерной чертой дипломатических отношений того времени было отсутствие постоянных, так сказать, стационарных посольств при дворах тех государств, с которыми поддерживались дипломатические связи. Впервые, такие постоянные представительства появились в виде консульств, организованных для защиты интересов купечества. Первыми консульскую службу учредили итальянские города во владениях крестоносцев (баилат — bailaggio ). После вытеснения крестоносцев из Сирии и Палестины консульства там остались. Венецианцы, например, имели свое консульство в Александрии, причем венецианский консул поддерживал тесную связь с султаном и являлся к нему на прием десять раз в год.
Послы выбирались из среды самых образованных людей как светского, так и духовного звания. Среди золотоордынских и египетских послов были правоведы, кади, шейхи, имамы, эмиры, начальники военного и почтового ведомств, церемониймейстеры и т. д. В Италии, особенно во Флоренции, направлявшей дипломатов во многие иностранные государства, и в Венеции, где была создана превосходная школа дипломатии, среди дипломатов были такие известные личности, как Боккачио, Данте, Петрарка (во Флоренции) или дож Энрико Дандоло (в Венеции).
Дипломатические отношения Золотой Орды с Егип-том осуществлялись на основе уже сложившихся в обоих государствах дипломатических традиций. И в Золотой Орде и в особенности в Египте, принадлежность к тому или иному племени или народности, видимо, не играла особой роли при назначении послов. Так, например, среди египетских послов встречались тюрки, хорезмийцы, иранцы, арабы и даже монголы. Решающим моментом кроме соответствующего образования и дипломатического таланта было вероисповедание.
Случалось, однако, что дипломатические поручения давались не только официальным дипломатам, но и проезжим купцам. Государи пользовались случаем, избегая лишних затрат на снаряжение посольств, отправить дипломатические послания с возвращающимися из их страны торговцами. Так, египетский султан ал-Малик аз-Захир Байбарс свое первое письмо к золотоордынско-му хану Берке отправил, с одним доверенным лицом из аланских купцов. Это письмо, относящееся к 660 г. х. (1261/62 г.), согласно доступным нам источникам можно считать началом дипломатической переписки между Золотой Ордой и Египтом.
«В 660 г., — сообщает Ибн Абд аз-Захир, — он (ал-Малик аз-Захир. — С. 3.) написал Берке, великому царю татарскому, письмо, которое я писал со слов его [и в котором] он подстрекал его против Хулавуна (Хулагу. — С. 3.), возбуждал между ними вражду и ненависть...». Далее в письме обосновывается обязанность Берке пойти войной на монголов: раз он принял ислам, то этим вменяется ему в долг воевать с неверными, хотя бы они были его родичи. В качестве примера приводится сам пророк Мухаммед, который сражался со своими соплеменниками и родичами и воевал против курайшитов. И завершается оно такими словами: «Ислам не состоит только в одних словах; священная война есть одна из [главных] опор его».
По другим источникам, это первое письмо султана ал-Малик аз-Захира Байбарса было написано в 659 г. х. (1260/61 г.), т. е. на год раньше. Если это первое письмо султана было действительно написано в 659 г., то несомненно, что Берке приказал своим отрядам в армии Хулагу уйти в Египет только после получения письма Байбарса. Если же справедлива дата, указанная Ибн Абд аз-Захиром, то интересно отметить совпадение таких дат: прибытие отряда татар (золотоордынцев) в Египет началось, по ал-Макризи, в 660 г. х. (1261/62 г.) и первое письмо султана, согласно Ибн Абд аз-Захиру, написано также в 660 г. х. С одной стороны, трудно подвергнуть сомнению свидетельство Ибн Абд аз-Захира, так как, будучи секретарем самого султана, он лично принимал участие в его дипломатических делах и писал упомянутое письмо. С другой стороны, большой соблазн объяснить доверие Берке к египетскому султану, приказавшему своим отрядам двинуться в Египет, тем, что султан, отправив ему письмо, сделал первый шаг к сближению. Когда же в Египет прибыл отряд золотоордынцев, султан подробно расспросил прибывших о положении дел в Золотой Орде и пришел к заключению, что настало время отправить к Берке официальное посольство. Сопровождать своих послов он отправил двух золотоордынцев, которые, будучи знакомы с местностью, могли бы быть проводниками . При этом султан, несомненно, преследовал еще одну цель: как очевидцы они должны были рассказать Берке о состоянии египетских войск, силе их оружия, о том, как радушно приняты были в Египте золотоордынские отряды.